Честный взгляд на АПК

07 декабря 2016, 14:45
0
148

На Тамбовщине есть предприятия, которые успешно развиваются даже в непростые для экономики страны времена и делают свой немалый вклад в экономику региона. Корреспондент «ТЖ» поговорил о трудностях и перспективах АПК региона с руководителем одной из таких компаний — генеральным директором АО «Октябрьское» Максимом Жалниным.

СОГЛАСЕН С ГУБЕРНАТОРОМ

— Максим Михайлович, в этом году Тамбовская область собрала с полей гораздо больше, чем в прошлом, однако это не самый высокий показатель даже за последние годы. Мы все, конечно, понимаем, что погода в этом году не особенно способствовала высокой урожайности, но сильного влияния всё же на отрасль не оказала. Как вы считаете, что же мешает тамбовским аграриям собрать ещё больше?

— Здесь я соглашусь с позицией губернатора Александра Валерьевича Никитина. Ещё год назад он озвучивал тезисы, что основная особенность нашей области в том, что мы именно аграрно-промышленный регион. Это означает, что удобное местоположение географически, потенциал плодородия земель, климат, агротехнологии, которые используются сейчас, могут дать эффект на порядок больший и в качестве, и в количестве урожая. Что это значит? Рекордный урожай этого года — это, на самом деле, не предел. И я уверен, что цифра 5 млн тонн продукции — это абсолютно реальный потенциал для нас. К сожалению, у нас много урожая теряется из-за сильной изношенности парка сельхозтехники — порядка 65%, а также в связи с системными недоработками в сфере логистики. Кого-то, возможно, шокирует эта цифра, но, по моим подсчётам, только в нашем регионе порядка 30% урожая по тем или иным причинам остаётся в полях. Вдумайтесь только — это около одного миллиона тонн зерна, подсолнечника, кукурузы и иных культур. На сегодняшний день около 40% кукурузы и подсолнечника до сих пор находится в полях, и не по вине руководителей хозяйств. С каким качеством это будет убрано, с какими потерями, да и будет ли убрано в принципе — одному Богу известно. Понятно, что потери будут большими. Причиной таких агротехнологических проблем является прежде всего техническая недоукомлектованность хозяйств важнейшими элементами бизнес-процессов своевременной уборки урожая, подработки урожая до возможности длительного хранения и возможности самого хранения как такового.

— Что же с этим делать?

— Коммуницировать активно с банками, участвовать во всех госпрограммах поддержки развития инфраструктурных проектов: элеваторной промышленности, систем орошения. Конечно, нужно быть проводником тех новых программных решений со стороны государства, которые необходимо качественно ретранслировать на всех уровнях для того, чтобы эти решения внедрялись, чтобы люди не боялись идти в сельское хозяйство, чтобы банки их поддерживали. В этом некая функция власти и экспертного сообщества — встречать, дружить госпрограммы с конечными потребителями. Я, например, наблюдаю заметное отставание в развитии технологии и оснащённости между крупными холдингами нашего региона и средними и мелкими сельхозпредприятиями. Ответ очевиден — катастрофичное недофинансирование села инвестиционными кредитами, а ведь именно кредиты сроком от 5 до 10 лет являются наиболее комфортными для селян в части приобретения дорогостоящего оборудования. Конечно же, все руководители отлично понимают, чего именно их хозяйствам не хватает для качественной работы. И это не обязательно импортная техника, достойного оборудования российского производства на рынке более чем достаточно.

Кроме того, существует базовый документ — Государственная программа развития сельского хозяйства и регулирования продовольственных рынков сельскохозяйственной продукции Тамбовской области на 2013— 2020 годы. На мой взгляд, это настольная книга и навигатор для властей региона всех уровней и банковского сектора. В программе чётко и компетентно указаны темпы технического перевооружения, финансирования и валового объёма производства.

— Помимо этого, с каким трудностями сталкивается малый и средний бизнес именно в сфере АПК именно в нашем регионе?

— Я думаю, что во всём ЦФО ситуация схожа. Банковскому сектору стоит с меньшей осторожностью относиться к инвестициям, банки должны быть более открытыми и более доступными для сельхозпредприятий. Более щадящим необходимо сделать налоговое администрирование. То есть предприниматели в сельхозсекторе должны понимать, что они имеют право на ошибку, и они могут двигаться вперёд без каких-то серьёзных опасений, тем более что многие ошибки производства связаны с погодными факторами и опять же, повторюсь, с недостаточным уровнем сезонного кредитования. Это тот случай, когда экономия на технологии (будь то оригинальные запасные части, удобрения, семена или пестициды) приводит к негативным результатам. Необходимо выводить бизнес из тени, ведь зачастую такие вещи, как сокрытие налогов, заработная плата в конвертах и т. д., делаются предприятиями как элемент защиты своих рисков, создание некой «кубышки» на весну в связи с непредсказуемостью банковского сектора. Налоговое администрирование должно быть менее жёстким с точки зрения учёта таких сложных налоговых форм, как НДС и налог на прибыль, ведь наряду с фатальным дефицитом в районах специалистов рабочих специальностей не хватает и обученных бухгалтеров и экономистов.

ГЛОБАЛЬНЫЙ ПРОЕКТ

— Не так давно на федеральном уровне анонсировался глобальный проект по переработке зерна в Тамбовской области. 250 тысяч тонн единовременного хранения — один из крупнейших в России элеваторов. Окупится ли такой проект в нашем регионе? Какие у него перспективы?

— Начнём с того, что этот проект на сегодняшний день реализован только в части хранилища. Элеватордействительно один из самых крупных в России, самых новых и современных. Проект по глубокой переработке зерна, который имеется в виду, пока есть только на бумаге. Один из основных сдерживающих факторов — это наличие в России практической экспертизы по внедрению подобных проектов. Купить иностранное оборудование, будем так говорить, ума много не надо. Это дорого, конечно, но где его купить мы понимаем. Но не каждый проект будет жить даже с приобретённым оборудованием в силу того, что у нас нет обученных кадров на всех уровнях и явно недостаточная научная база. То есть очень осторожно нужно относиться к скорости принятия решений, потому что цена ошибки может быть очень высока, примером может являться долгострой Мордовского сахарного завода. Ясно одно, что без глубокой переработки зерна получить дополнительную премию, а значит доходы в казну региона и новые рабочие места, невозможно.

— А может ли АПК развиваться без господдержки вообще?

— Эта отрасль нигде в мире без поддержки государства не существует. В разных вариантах, в разных уровнях развития происходит смещение фокуса поддержки, но она всё равно есть. В технологически развитых странах по сельскому хозяйству, например, в Германии, в США, поддержка идёт в сторону экспорта. То есть когда собственные нужды удовлетворены, необходимо излишки продукции сбывать в планетарном масштабе. Здесь очень важна государственная поддержка для экспортёров. В нашем случае, я считаю, мы находимся где-то на середине пути. То есть мы научились выращивать достаточное количество урожая для обеспечения внутренних потребностей страны, и нам необходимо занимать крепкое место на «полке» мировых торговцев зерном. Господдержка нужна, и на сегодняшний день говорить о том, что без этого отрасль может развиваться, невозможно. Но ещё больше отрасли нужны не погектарная субсидия, а стабильность в региональной политике и уверенность в защите своей собственности.

— Как государство может поддержать сельхозпроизводителей?

— Прежде всего доступными кредитами с льготным субсидированием — это самое главное. Недостаточность финансирования в рамках оборотных кредитов, годовых — «коротких денег» — приводит хозяйство к тотальной экономии, которая выливается в низкое качество и низкий урожай. Второй момент – это нишевые инфраструктурные капитальные вложения, инвестиционные. Что я имею в виду? Наша область, к примеру, сейчас активно занимается увеличением выращивания такой культуры, как кукуруза. Культура крайне сложная с точки зрения уборки, которая всегда попадает на осенне-зимний период. Она всегда влажная, она всегда сорная, и убрать вовремя зачастую не получается. Поэтому инвесткредиты в данном случае нужны будут для того, чтобы обновить парк техники, который на сегодняшний день в нашей области изношен где-то на 73% п о тяжёлым тракторам, и где-то на 65% — по зерноуборочным машинам. Опять же это «длинные деньги». Срок таких кредитов должен равняться 7—10 годам для того, чтобы это всё окупить и вносить уже весомый вклад в экономику региона. Тем более что и специальная правительственная программа 1432 создана специально для обновления парка техники. Наша компания, являясь эксклюзивным партнёром ООО «Комбайновый завод Ростсельмаш» в Тамбовском регионе, в текущем году реализовала более 150 единиц зерноуборочной техники в хозяйства всех форм собственности и все эти отгрузки шли по Государственной программе поддержки отечественного машиностроения 1432 со скидкой 25% от стоимости, что в свою очередь позволило значительно сократить сроки уборки по всем культурам, а значит и потери урожая. При этом годовая ёмкость рынка по зерноуборочным машинам составляет порядка 300 единиц, и я не говорю о тяжёлых тракторах, потребность в которых измеряется сотнями. Согласитесь, что получить от государства скидку 25%, то есть четвёртую часть от цены, — это крайне выгодно!

ПРИНЦИП ОДНОГО ОКНА

— А какой вклад в экономику региона вносит ваше предприятие?

— Наша компания активно развивается уже второй десяток лет. АО «Октябрьское» — единственная в своём роде компания в стране, которая предлагает принцип «одного окна» любому сельхозпредприятию на протяжении цикла 12 месяцев. То есть мы системно поставляем сельхозтехнику и технологию, оригинальные запасные части, удобрения всех российских заводов, пестициды мировых брендов и семенной материал, у нас свой технический сервис. Кроме того, мы закупаем сельхозпродукцию и реализуем её и в России, и на экспорт. То есть, по сути, клиенту не надо никуда бегать — всё в одном месте. Так легче контролировать цены и документооборот, так легче получать кредиты в банках и лизинговых компаниях, так как наша компания аккредитована практически во всех банках региона. Вообще в мире подобные сервисные центры очень развиты, аналогичные нам компании есть в Германии и Америке, а в России у нас есть конкуренты только по отдельным товарным сегментам. Тех, кто делал бы то же самое, что и мы, в таком объёме, пока нет. Мы уже вошли в Липецкий регион, в Пензе у нас есть представительство, в 2016 году планируем идти в Рязань и Воронеж. На сегодняшний день мы входим в тройку крупнейших тамбовских предприятий по объёму продаж, этот год мы завершаем с выручкой почти семь млрд рублей.

Однако сегодня для нас главная задача, которая же является сдерживающим фактором развития, — это квалифицированные отраслевые кадры. Покупать и переманивать устали, да и эффекта большого нет. Человек приходит со своим видением, не всегда совпадающим с нашими ценностями. Решение одно — брать молодых людей из вузов и техникумов региона и готовить их самим. За последний год мы приняли порядка 75 человек, и теперь общая численность сотрудников компании приблизилась к 400. Средний возраст в компании около 32 лет. Конечно, мы видим для себя точки роста, прежде всего в развитии в других регионах, сохраняя штаб- квартиру в Тамбовской области. Сейчас мы ищем специалистов сервиса, менеджеров по продажам нашейпродукции, операторов сушилок, водителей, электриков, руководителей среднего звена на разные участки. Мы ждём интересных и творческих людей, которым готовы платить хорошую зарплату, ведь деньги в отрасли есть и с каждым годом обороты растут. Я думаю, что ещё порядка 60—80 человек войдут в нашу команду в следующем году.

— Вы среди тех немногих компаний, которые представляют Тамбовскую область на мировом рынке. Сложно ли продвигать нашу продукцию за границей?

— Мы для себя поняли, что Тамбовская область уже давно вышла за порог самообеспеченности сельхозпродукцией, и у нас львиная доля объёмов, по сути, является излишками для перерабатывающей промышленности Тамбовской области. Поэтому для себя мы выбрали стратегию реализации на внешних рынках. Не стоит забывать, конечно, что основные «сливки» с рынка снимают аграрии Южного Федерального округа в связи с хорошими и стабильными урожаями, крепким финансовым положением и, безусловно, близостью портов. Что ни говори, но зерновой рынок уже давно стал международным и цены диктует мировая конъюнктура, то есть для нас внутри страны индикатором уровня цен являются цены, которые дают нам экспортёры в валюте. У нас есть экспортные контракты с такими странами, как Италия, Испания, некоторые страны Африки, Турция до недавнего времени была нашим партнёром.

В этом году мы активно работаем с Ираном, отгружаем им кукурузу. Практика показывает, что среднее тамбовское предприятие вполне может конкурировать с крупными монстрами на мировом рынке зерна, без всяких опасений и больших рисков реализовать свою продукцию. Я считаю, что это большое наше достижение и бояться экспортного рынка не надо. Проблема в недостаточной информированности бизнес-сообщества в этом вопросе. И мы рассчитываем, в том числе и с помощью нашей компании, давать людям информацию о том, что бояться экспортных операций не нужно. Мы сейчас говорим пока по сырью первичному. Но в том случае, если будет реализован проект, о котором говорил наш губернатор, по глубокой переработке зерна, то тогда мы сможем на мировом рынке реализовывать все продукты расщепления зерна. В этом есть большой потенциал. Но учитывая тот факт, что Тамбовская область, обладая огромным экспортным потенциалом, в связи с удалённостью от портов не имеет равных возможностей с крестьянами ЮФО по ценам на зерно, регион, на мой взгляд, должен выступить с инициативой в адрес РЖД по сокращению цен на железнодорожный тариф, возможно, рассматривать механизм региональных субсидий для экспортёров. Кстати, первый шаг сделан уже в текущем году, и Александр Валерьевич Никитин выступил с инициативой по проведению мероприятия «День Тамбовского Экспортёра», в котором я принял участие в качестве спикера. По итогам стало ясно, что интерес у многих местных предприятий к экспорту огромный, но им страшно идти по незнакомой дороге. Причины те же — налоговое администрирование НДС при экспорте, страхование рисков и торговое финансирование. спорная штука.

— В прошлом году Тамбовская область была в лидерах по инвестиционной привлекательности и занимала четвёртое место по этому показателю, а уже в этом входит лишь в первую двадцатку. В чём причина такой экспертной оценки?

— Рейтинги — это штука спорная, как и статистика. Доверять им, безусловно, нужно, но очень осторожно, да и только при условии, что в результате рейтинговой оценки в регионе становится реально больше денег, инвесторов, поголовья и всего того, что можно измерить в «штуках» и «рублях». На мой взгляд, любого инвестора интересуют предсказуемые и понятные правила игры. Что это значит? Если инвестор заходит к нам в область, то у него должно складываться ощущение «зелёного коридора», уважения и защиты по всем процессам согласования его капиталовложений, будь то оформление земли, инвестиционная политика банков или позиция администрации на всех этапах. Инвестор — это фигура номер один, которому не на словах, а на уровне реальных дел необходимо создавать благоприятные климатические условия.

Такие примеры есть. Например, Белгородская область, которая действительно стократно обогнала нас по ряду отраслевых успехов, в частности, по животноводству. Причина очень проста — это волевое, жёсткое регулирование работы с инвесторами со стороны губернатора и отсутствие двойных стандартов с точки зрения правил игры. Я считаю, что и для нашего региона это вполне реальный сценарий, учитывая активность Александра Валерьевича Никитина в плане привлечения инвестиций. Я так понимаю, у новой команды именно эта задача и стоит на повестке дня. Важную роль в этих процессах, судя по всему, будет играть и законодательная власть. Новый состав Тамбовской областной Думы представляется мне крайне профессиональным, там много новых специалистов, знающих своё дело, в том числе представителей сферы АПК.

— Получается, что всё-таки ключевым вопросом является диалог бизнеса и власти?

— Безусловно, это так. И важен ведь не сам по себе диалог как форма общения, а результаты и эффект такого диалога.

Элеонора МАНАННИКОВА.

Комментарии — 0

Тамбовская жизнь в cоцсетях