Александр Рогаткин: «Самая лучшая журналистская школа не в Москве, а в маленькой провинциальной телекомпании»

Репортажи и документальные фильмы тележурналиста Александра Рогаткина всегда задевают за живое, ведь сделаны они бесстрашным, неравнодушным и очень талантливым человеком. А ещё он наш земляк.

Последние время телезритель Александра Рогаткина постоянно видит в «горячих точках». Его материалы особенно ценны тем, что это не ура-лозунги или трескучая очередь страшных фактов, а по-настоящему жизненные репортажи и диалоги с людьми на войне. Зарисовки о героических личностях, живущих не на показ, а по совести. Это глубокие рассказы, наполненные пропущенной через сердце журналиста болью. В прошлом году Александр и его коллега Дмитрий Рогалёв получили телевизионную премию ТЭФИ за проект «Штурм Мосула».

Александр Рогаткин

Это уже второй «Орфей» в арсенале Александра. Первый он получил в 2015 году за репортажи из Донбасса. А ещё были четыре номинации на премию ТЭФИ, что у профессионалов тоже наградное отличие. В 2014 году Александру Рогаткину вручили премию «Человек года», которая присуждается выдающимся россиянам за достижения в самых разных областях. Наш земляк получил её «за мужество и профессиональное мастерство при освещении военных действий в Донбассе».

Человек на войне

И всё-таки, даже сегодня, делая умные и высокопрофессиональные материалы из Ирака, Сирии, Украины, Рогаткин не называет себя военным корреспондентом.

Александр Рогаткин

«Есть ребята, такие как Саша Сладков, Женя Поддубный, которые работают исключительно на военных репортажах, — говорит Александр. — Они не вылезают с передовой, знают как правильно делать военный репортаж, разбираются в этих вещах. Я же стараюсь делать материалы обо всём. Для меня интересна социальная тема на войне. Во главу угла я не ставлю военную тематику: стратегию, тактику, оружие. Для меня важнее человек на войне. Ибо именно там раскрываются все тонкости человеческого характера, вся драматургия военных действий».

Последствия войны

Рогаткин считает, что российский журналист не может быть в стороне от исторических процессов, которые совершаются и в его стране, и в мире. По его убеждению, любой журналист должен побывать в «горячей точке», посмотреть на происходящее там, поговорить с людьми, которые всё это переживают. «Честно скажу, — говорит Александр, — там море работы для журналиста. Потому что именно на войне открывается бездна человеческой души. Если в мирной жизни человек может не ответить на вопрос, увильнуть, то на войне он понимает, что завтра может и не быть, и он уже никогда не сможет ответить на твой вопрос. Поэтому на войне человек максимально искренен и перед собой, и перед Богом. И в этом плане для журналиста очень ценно быть в том месте».

Александр Рогаткин

Безусловно, и этого Рогаткин не скрывает, в иные моменты в «горячих точках» бывает страшно. Но, оказывается, как убеждены профессионалы, «если журналист не боится, лучше в «горячую точку» не ездить». Когда теряешь страх, теряешь возможность трезво оценивать ситуацию. Тогда-то и можешь попасть в очень сложную ситуацию, из которой не выбраться. «Бывают такие моменты, — рассказывает Александр, — когда мы даже стараемся куда-то не ездить. У меня вдруг возникает внутреннее ощущение: сегодня туда не надо ехать, всё равно ничего не получится. Ведь ни один кадр не стоит человеческой жизни. Тем более, я на репортаже не один, а с оператором. Отвечаю не только за себя, но и за него. Поэтому, в отличии от корреспондентов, которые живут в море огня, мы стараемся безрассудно не рисковать. Я преклоняюсь перед военкорами. И мне до них пока далеко. Я видел, что они делают в прямом эфире. Вот поэтому, есть на кого равняться, к чему стремиться».

Не быть в стороне

В своём большинстве российские журналисты, работающие в Ираке, Сирии, Украине, делают не сухие отчёты военных действий, а очень умные и прочувственные материалы. Но им же, побывавшим в пекле, чаще, чем другим, приходится отвечать и на вопросы некоторых простых обывателей: ну, зачем мы в это ввязались; не воевали бы в Сирии, Донбассе, сохранили бы и людей, и миллионы рублей.

Последствия войны

Таким людям Александр отвечает: «В 90-е годы мы никуда не лезли, лезли к нам. Сегодня остаться в стороне, закрыться внутри своей страны невозможно. Такова жизнь. Когда в Ираке под Мосулом стоишь у рва, в котором сотни трупов детей и женщин, когда смотришь на простреленные детские черепа, то думаешь: как же мы не влезем в это? Мы же не можем пройти мимо мракобесия ИГИЛ. Наша страна должна положить конец игиловцам. Я сейчас заговорил про Мосул и вспомнил Тамбов. Казалось бы, как они далеко друг от друга. Но ту программу, которая была удостоена бронзового «Орфея», я делал непосредственно при помощи и при участии тамбовчан. Тамбовская курдская диаспора очень помогла мне. И я ей благодарен за это. Потому что попасть в какие-то места иракского Курдистана без их помощи было бы просто невозможно. Курды всего мира поддерживают связь друг с другом. По иракским же курдам игиловское мракобесие прокатилось жутким катком. Игиловцы уничтожают курдов деревнями».

Последствия войны

В создании программы «Штурм Мосула» группе Александра Рогаткина помогал заведующий международными связями в Тамбовской курдской диаспоре Хамран Хасан. Он уроженец сирийского Алеппо. В 80-е годы уехал учиться на врача в Москву. А сейчас живёт и трудится в Тамбове. В группе Рогаткина он был продюсером и переводчиком.

«Мы с ним проехали всю игиловскую линию фронта, — рассказывает Александр. — От иракского Эрбиля до сирийского Кобани. Это 700 километров. Кобани называют сирийским Сталинградом. Там творится много страшных вещей. Так что наши курды помогли мне сделать материал о том геноциде, который творят игиловцы в отношении их единоверцев. А что в отношении участия России в военных действиях в Сирии, то я считаю, кто-то же должен покончить с ИГИЛ. За два года с того времени, когда Россия стала принимать участие в сирийских действиях, перелом произошёл. И американцы активизировались, освободили Мосул. До этого они всё стояли и ничего не делали. Мы как бы подтолкнули американцев. Это как во время Второй мировой войны, когда американцы поняли, что русские успешно идут по Европе и сами всех освободят. Тогда они и открыли второй фронт. И сегодня наши ребята гибнут. Но как без этого? Когда ты идёшь по дороге и видишь, что убивают женщину с ребёнком, ведь надо вмешаться. Как иначе? Почему мы Донбассу помогаем? Прежде всего, там проживают русские. И они сами решили связать свою судьбу со своей исторической Родиной. Как мы могли их бросить? Это было бы неправильно. Мы уже бросили их один раз, в 90-е. Второй раз, я считаю, не имеем право. Это было бы преступлением».

Александр Рогаткин

Оттачивая журналистское перо

Так из нашего разговора с Сашей Рогаткиным на международные темы выяснилось, что и тут он не теряет связи с Тамбовщиной. «Малая Родина не отпускает, — признаётся он. — До сих пор делаю репортажи при непосредственной помощи земляков. В Тамбове живёт моя мама. Здесь я прошёл лучшую для журналиста школу местного телевидения. Потому что на войне, с одной стороны, делать сюжет тяжело и опасно, могут и убить. Но, с другой стороны, легко. Так как не надо искать сюжеты, каждый день — разнообразные события, разные люди. Каждая судьба достойна отдельного романа. Другое дело найти сюжет в маленьком городе, где не так-то много новостей. Их нелегко искать. Да ещё надо интересно рассказать про сломанные лавочки и качели. Это намного сложнее. Но именно так оттачивается журналистское перо. Вот на таких, казалось бы, малоинтересных сюжетах».

В журналистику Саша Рогаткин попал ещё будучи студентом Державинского университета, где после окончания тамбовской школы № 22 учился на отделении социологии. В 90-х жить было трудно. Стипендию могли дать лишь раз в полгода, да и то мизерную. Так что надо было где-то подрабатывать. Так Рогаткину удалось за несколько лет освоить несколько профессий. Сначала Саша устроился журналистом в газету «Полис плюс». Тут приходилось не только делать газету, но и самим продавать. Всё шло без отрыва от учёбы, потому что университетские преподаватели шли навстречу, понимая тяжёлое положение студентов.

Александр Рогаткин

Вскоре молодой журналист перешёл работать в частную телекомпанию «Полис». Здесь, как вспоминает руководивший «Полисом» в 90-е годы Александр Агукин, наставниками Саши стали сначала Игорь Головашин, а затем Вячеслав Рогожкин. Очень помогли Рогаткину вырасти как журналисту и курсы, на которые в столицу отправил его Агукин. Их вела видный журналист, генеральный директор «Интерньюса» Манана Асламазян. Даже эта краткосрочная поездка в Москву помогла окрепнуть будущей звезде тележурналистики. Но самое большое влияние, по мнению Александра, на его становление оказала всё-таки огромная работа на «Полисе» и его «золотой коллектив».

«На «Полисе» я овладел профессиями оператора, монтажёра, режиссёра, редактора. Времена были замечательные. Мы готовили более 20 программ за неделю. В один день я делал программу со Славой Рогожкиным. Да ещё потом её монтировал. На следующий день со Светой Николенко вёл программу «Новости с кухни». Потом я выходил на работу как главный редактор отдела информации и собирал сюжеты к ежедневному выпуску новостей. Так что, по моему мнению, самая лучшая журналистская школа не в Москве, а в маленькой провинциальной телекомпании».

С Александром Рогаткиным, наверное, согласится и большинство тамбовских журналистов и операторов из той «золотой команды», которые сегодня успешно работают на ведущих федеральных и частных российских телеканалах. Известный ныне кинодраматург Вячеслав Рогожкин вспоминает: «С Сашей Рогаткиным я познакомился, когда он пришёл работать на телекомпанию «Полис». Тогда там создавался коллектив, который за короткий срок выпустил в эфир более двадцати авторских программ, что по провинциальным меркам является выдающимся результатом. Саша тогда трудился в службе новостей, которую вскоре возглавил. Помню, он долго сопротивлялся, но мы его убедили в важности подобного шага. Ему нужен был рост. Как скоро Саша перерастёт уровень городского телеканала было вопросом времени. К своему будущему успеху он шагал семимильным шагами. Вскоре последовал вызов в Москву. Как все талантливые люди Саша сомневался – потянет ли… Я был уверен – потянет. В Москве талант нашего коллеги раскрылся с новой силой. Теперь он известен всей стране. Саша Рогаткин пример того, что ничего невозможного в профессии журналиста нет, где бы ты не начинал свою карьеру».

Александр Рогаткин

Профессиональный рост

В 2001 году Рогаткин вместе с женой и маленькой дочкой уехал в Москву. Здесь вскоре у супругов родилась вторая дочка. Сначала Александр устроился простым корреспондентом в программу «Вести. Москва». Но очень скоро трудолюбивого и мобильного журналиста забрали работать в «Вести». На ВГТРК Рогаткин также стал готовить сюжеты и для программы «Специальный корреспондент». В формате этой программы и появились репортажи, документальные фильмы, которые коллеги тележурналиста не раз высоко оценивали профессиональными наградами.

Александр Рогаткин

Вот уже девять лет наш земляк руководит «Авторской студией Александра Рогаткина». Здесь делаются сюжеты не только для «Специального корреспондента», каналов «Россия 1» и «Россия 24», но и для других телевизионных площадок. Вместе с Александром в студии трудится его верная помощница и супруга. Две дочки Рогаткиных заканчивают школу. Они погодки, но учатся вместе. Сейчас у них самая сложная пора — определяются с профессией. «Конечно, — признаётся Александр, — хотелось бы, чтобы они пошли по стопам родителей. Но тут, как получится. Давить на них не хочу». Но, главное, перед девочками пример их отца. Не только высокопрофессионального и талантливого журналиста, но и прекрасного человека.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*