Ректор Державинского университета Владимир Стромов: «Университет как бренд современного региона»

Региональные бренды и конкуренция территорий

Как возникают региональные бренды? По-разному. Есть бренды, формирующиеся как естественные образы, обращённые в историю региона. Есть бренды, сконструированные людьми, но близкие истории. А есть бренды, полностью отталкивающиеся от современности. Причём все бренды имеют право на жизнь, которая, в конце концов, рассудит, какой бренд долговечнее. Если бренд формирует целевые образы региона, способствует его идентификации, является инструментом развития и достижения успеха, он закрепится.

Пространственное развитие страны формирует для регионов серьёзный вызов, ведь это не только её территориальный рост, это и борьба территорий за своё будущее. Оно у нас в высокой степени общее, поскольку мы — одна страна. Вместе с тем у каждого региона свои интересы, стратегические цели и тактические задачи. Да и ответственность региональной власти перед населением в каждом случае тоже своя.

Оттого любая региональная власть задумывается над формированием привлекательного образа региона. Брендинг, в сущности, — это соревнование команд интеллектуалов. Сам же бренд одновременно и показатель интеллекта, и, как мы только что заметили, вопрос выживания.

О региональных брендах

Сегодня на территории России зарегистрировано 268 наименований мест происхождения товара и географических указаний. Минеральная вода «Ессентуки», «Нарзан», «Архыз», игристое вино Абрау-Дюрсо, вологодские кружево и масло, астраханские арбузы и вобла, вятская корзина, оренбургский пуховый платок, луховицкие огурцы, столбушинский сбитень, нижегородская хохлома, художественное ремесло из Гжели и Жостово — таких брендов накоплено уже много.
Но обратите внимание — мы говорим сейчас о статичных брендах. Жизнь же отчётливо говорит нам, что пришло время смены парадигм осмысления брендового поля, когда бренд формируется, исходя от архетипов. При формировании бренда мы должны думать не о прошлом и даже не о настоящем, а скорее о будущем. Пришло другое время — сжатое и динамичное. Тот, кто это поймёт и создаст, возможно, парадоксальное предложение, восходящее не к прошлому и даже не к текущей истории, а к будущему, тот это благополучное будущее и создаст.

Университет как бренд Тамбовской области

Что сейчас является брендом нашего региона? Бренд, идущий даже не от современности, а обращённый в будущее, — существует ли он у нас? Формируется ли в регионе стратегический бренд, с которым будут жить следующие поколения тамбовцев? Если мы соглашаемся, что бренд Тамбовщины — это чернозём, волк, картошка, мёд, яблоко, и будем, формируя образы будущего, говорить только о статичных брендах, мы неминуемо проиграем соревнование территорий. Нельзя вместо реальных современных изменений предлагать в качестве бренда кабачковую икру.

А что же надо предлагать? Современные образы. Хорошие примеры — Покровская ярмарка или рок-фестиваль «Чернозём». Время Макарьевских и Ирбитских ярмарок ушло, но современный образ ярмарки как места социального взаимодействия выглядит очень интересно. Одна из перспектив формирования актуального бренда — университет. Университет в широком смысле, разумеется. Когда-то, в 1918 г., тамбовские власти по инициативе интеллигенции создали университет. Это было событие, которое трудно понять современному человеку. Тамбовская губерния вошла в начало второго десятка регионов России (!), где был создан классический университет. Тамбов стал университетским городом. Сюда за образованием, которое тогда было мало достижимой мечтой, поехали люди. В условиях лихолетья революции и гражданской войны Тамбовский университет обеспечил работой ведущих московских и петроградских профессоров. Этот яркий пример проявления воли со стороны властей, работы на опережение исторического времени и, как теперь принято говорить, проявления стратегического мышления позволил на многие десятилетия обеспечить тамбовскому региону непрерывность высшего образования. В этой связи возникает вопрос, что было бы с образовательным пространством губернии/области, не обладай власти всех политических окрасов (и при Временном правительстве, и при большевиках) пониманием, что высшее образование — это и само будущее, и его содержательный символ?

Может ли университет быть региональным брендом?

Конечно, может. Таких примеров немало. Всем известен британский Оксфорд — университет в 159-тысячном городе. Более 20 тыс. студентов, почти 4 тыс. преподавателей. Или Королевский Уппсальский университет в Швеции. В обоих примерах при упоминании топонима возникает прежде всего ассоциация с университетом. Но есть примеры и молодых, но уже брендовых университетов. Например, университет Цукуба — своего рода наукоград, созданный в Японии в 2005 г. Когда японец говорит «Цукуба», он, скорее всего, будет иметь в виду университет. То есть университет — это и средство создания жизни вокруг, и целевой образ.

Кстати говоря, у нас тоже есть такие примеры. Чем был бы Томск сейчас, не создай там Александр II в 1878 г. университет? Или Новосибирск с относительно молодым — 1959 г. создания — университетом? Или какой образ возникнет у читателя при произнесении слова «долгопрудненские»? Для меня долгопрудненские — это не сомнительная группировка, а сообщество преподавателей, студентов и выпускников физико-технического института.

Почему университет как бренд — это хорошо?

Университет — это и способ собирания мозгов, и естественная синергия народов и культур, и адекватный ответ вызовам современности. Даже не так, если стремиться строить современный университет, это и есть сама современность.
Мы живём в стране, которая собирается строить новые города в Сибири, и это задаёт уровень целей. В «Стратегии развития области до 2035 года» регион позиционируется как наилучшее место жизни для высококвалифицированных специалистов (в т. ч. из IT-сектора). Скорее всего, города будут во многом конфигурироваться вокруг производства и университетов. Кроме того, будет решаться острая для страны демографическая проблема. Это будут города, куда приедет молодёжь. Но что предпринять нам — в центре России? Здесь же тоже есть проблема оттока молодых. На мой взгляд, следует делать то же — развивать производство и усиливать университеты. В центре эти проекты реализовать много легче и дешевле, поскольку не надо строить города. Надо просто обратить внимание на университеты и молодых.
Программа «Приоритет-2030» как побуждение к действию Министерство науки и высшего образования в конце сентября объявило результаты конкурса «Приоритет-2030». Державинский университет победил. Мы оказалась в сотне лучших вузов страны. Можно как угодно относиться к рейтингам — верить им или нет. В данном же случае речь идёт не о рейтинге. Произошёл вполне конкретный отбор университетов для формирования будущего высшего образования. «Приоритет-2030» — не просто конкурс грантов. Это механизм, созданный, чтобы выявить и, если угодно, промаркировать те университеты, которые призваны стать драйверами развития. Мы смогли победить, поскольку заручились поддержкой региональной администрации, продемонстрировали результаты нашей работы, сформулировали реалистичную перспективу.
С победой мы не только обрели дополнительное финансирование. Мы оказались в новом статусе: вошли если не в высшую лигу, то, по меньшей мере, в группу вузов, на которые делается основная ставка в пространственном развитии страны.

Что мы предлагаем?

«Приоритет-2030» Державинского университета — это осмысленные, выверенные и, самое главное, конкретные дела. Но мы предлагаем идти дальше — сделать так, чтобы вузы стали чем-то бо́льшим для Тамбовщины. Я сказал «вузы», поскольку верю, что найду поддержку коллег. Думаю, именно университеты должны стать брендом Тамбовской области.
Вузы — это не только визуальные пространства: застройка, природа и производства. Это новые социальные пространства, что подразумевает новые стандарты жизни — комфортной, безопасной, благополучной и деятельной. Новые стандарты труда и предпринимательства. Новые стандарты межчеловеческих отношений, отношений людей и природы, сообществ и власти. Новые проекты по развитию территорий — настолько эксклюзивных, прорывных и амбициозных, что они будут иметь федеральное звучание и мощный PR-потенциал. У этих проектов, как и у привычных статичных региональных брендов, будет своя история. Но история нашего бренда будет историей будущего — историей возрождения старого региона, отягощённого депрессивным демографическим и социально-экономическим наследием. Переформатирование брендового поля — не пустая формальность. Речь идёт о глубоких переменах в тамбовском историческом, демографическом, смысловом пространстве. Бренд университетского региона с сильными проектами для молодёжи — такими, например, как создаваемые нами сейчас технопарки, — даст реальную перспективу. Надо отчётливо осознать свою миссию в истории: мы родились, чтобы продолжить жизнь региона.

Научно-образовательное пространство как бренд, как визуализация смыслов встречается в современном брендинге. Можно вспомнить хотя бы Кремниевую долину. Такой бренд выходит за пределы рекламного образа. Это скорее целеполагающая идея, руководство к действию, центральный символ региональной стратегии. Давайте попробуем его создать!

Читайте также: Владимир Стромов презентовал стратегию развития Державинского университета

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*