Трагедия Дрездена — преступление или возмездие?

Эта тема сейчас в годовщину победы над фашизмом во Второй Мировой войне стала не просто одной из самых обсуждаемых, но и одной из принципиально определяющих наш взгляд на будущее. Взгляд на ответственность за него, ведь войны развязывают политики, а расплачиваться приходиться самым обычным мирным людям, казалось бы, к войне никакого отношения не имеющим.

В эти дни исполняется ровно 75 лет с того момента, когда старинный немецкий город Дрезден фактически перестал существовать после серии ковровых бомбардировок англо-американской авиации, которую она обрушила на него в конце февраля — начале марта 1945-го, последнего года войны.

У нас в стране об этой страшной странице истории знают немного. А отношение к этой трагедии существует двоякое, и как правило, взаимоисключающее. С одной стороны — это расплата для страны, поклонявшейся фашизму и своему бесноватому фюреру, а с другой — это варварская и неоправданная бомбежка мирного города. А что было на самом деле?

Той холодной ночью жители Дрездена, как обычно, приготовились ко сну. Сны были тревожными — с востока наступала Красная армия, с запада англичане с американцами, которые нещадно бомбили заводы и города, однако Дрезден до последнего времени не попадал в разряд важных целей для авиации союзников.

Но времена изменились. Территория фашистского рейха сжималась, как шагреневая кожа, и роль города тоже изменилась. Теперь он оказался основным транспортным узлом, через который шла переброска войск. Сортировочная станция была полна эшелонами, но вместе с военными сюда прибывали тысячи беженцев с разных концов Германии в надежде спастись от войны. Но… в тот вечер черное небо над городом наполнилось гулом сотен самолетов. Тысячи бомб понеслись вниз и врезались в крыши домов. Начался ад.

Бомбежки бывают разными. Но масштабы дрезденской поражают воображение до сих пор. Вначале британские легкие скоростные бомбардировщики Де Хевиленд «Москито» нанесли кинжальный удар по расположенному невдалеке от Дрездена аэродрому и позициям зенитчиков, фактически обезоружив всю систему ПВО города, которая и без того какой-то реальной силы не представляла. А вслед за ними появилась первая волна из двух с половиной сотен тяжелых высотных бомбардировщиков «Ланкастер» 5-го воздушного флота Королевских ВВС.

Первая группа самолетов сбрасывала фугасные бомбы весом до тонны, которые уничтожали крыши, перекрытия строений, оставляя в лучшем случае одни стены. Вторая группа обрушила на город град зажигательных бомб. В плотной застройке стены домов создавали эффект тяги, как в громадной печи, и огонь с гулом рвался вверх, заполняя кварталы. Третья авиагруппа довершала содеянное новыми тысячами фугасных бомб, умножая апокалипсис.

Взрывы, треск пожаров и грохот рушащихся зданий слились в сплошной нарастающий рев. Асфальт плавился и тек по тротуарам, поглощая обгоревшие трупы, металл уцелевших фонарей становился мягким и они гнулись среди беснующегося огня, Постепенно сотни отдельных пожаров слились в один, породив эффект громадного смерча. Температура в его центре достигала 1500 градусов, и он затягивал воздух с окраин города. Из-за разницы давлений возник ветер ураганной силы, по улицам неслись огненные смерчи, затягивая людей прямо в бушующее пламя. Кто-то цеплялся за столбы и обломки стен, но раскаленные камни и металл не оставляли шансов. Те же, кто не погиб на улицах от взрывов и огня, и успел укрыться в подвалах и бомбоубежищах, просто задыхались от нехватки кислорода, высосанного пожарами.

Спустя два часа после первого налета над городом появилась новая волна из 620 британских «Ланкастеров», которые методично обрушили свой неслабый бомбовый груз. И тогда, как вспоминали чудом уцелевшие в Дрездене, то что сделала первая волна бомбардировщиков, показалось лишь легкой прелюдией настоящего ада. Как признавались летчики, они ощущали в кабинах жар, идущий снизу, даже на высоте в 6000 метров.

Но и это было еще не все. Утром над испепеленным городом появились 311 американских «летающих крепостей» Боинг В-17 в сопровождении истребителей «Мустанг». Их целью было довершить работу британских коллег, уничтожив до конца инфраструктуру железнодорожного узла при свете дня. В свою очередь истребители на бреющем полете расстреливали из крупнокалиберных пулеметов и автоматических пушек жалкие остатки воинских частей, что нестройными колоннами потянулись из города. Говорят, что среди них были и мирные беженцы, но точного подтверждения этого до сих пор нет…

Дрездена фактически не стало. Но оставшиеся в живых, уверенные, что здесь больше бомбить уж точно нечего, пытались устроиться в подвалах и некоторых полуразрушенных зданиях, уцелевших на окраинах. Военные же пытались, насколько возможно, восстанавливать пути сортировочной станции. Все они, однако, очень ошибались, что разрушенный город оставят в покое. Дабы свести на нет все работы по восстановлению станции, авиация союзников методично повторила свои налеты в течение марта и даже в апреле 1945-го. На языке летчиков это называлось «вбомбить в порошок».

В общей сложности, на город было сброшено более трех с половиной тысяч тонн бомб, площадь сплошных разрушений в семь раз превышала такую же площадь в Нагасаки после атомной бомбардировки. Что же касается количества погибших в Дрездене, то оно точно неизвестно до сих пор. Что понятно, ведь помимо местных жителей и солдат, там были десятки тысяч беженцев, которых никто не учитывал. Многие люди просто превратились в пепел, да и обгорелые трупы никто не считал. Такие дела, как писал Курт Вонннегут в своем романе «Бойня №6 или Крестовый поход детей», посвященном этой трагедии.

Пропаганда Геббельса сразу заявила о «200 тысячах жертв страшного преступления англо-американских варваров». Советские источники много лет спустя, когда отношения с Западом стали напряженными, писала о 100-150 тысячах погибших и «чрезмерном применении военной силы». В нынешней Германии источники говорят о 40-50 тысячах погибших. Но дело даже не в количестве. А что это было, а можно ли было этого избежать?

На самом деле все было гораздо страшнее. Дрезден стал всего лишь одним из городов фашистской Германии, которые авиация союзников испепеляла ковровыми бомбардировками. В этом ряду Гамбург, Кельн, Дюссельдорф, Дойсбург, Лейпциг и еще очень много больших и малых городов, где располагались военные заводы, и где шла передислокация воинских частей. Но гибель мирных жителей не была побочным эффектом. Их просто не считали мирными. Черчилль был уверен, что рабочие на заводах не менее опасны, чем солдаты на фронте, а значит их надо уничтожать, значит надо бомбить города, убивая экономику рейха. Плюс удар по моральному духу населения: кричали «хайль» фюреру, радовались бомбежкам городов Англии и России — получите теперь сполна!

Страшно жестокая логика страшной войны. Но есть одна точная пословица — «посеявший ветер пожнет бурю». Фашистская германия эту бурю получила, а народ стал заложником безумной политики нацистской верхушки.
Конечно, можно говорить о «чрезмерном применении военной силы», но если 150 тысяч жертв — это чрезмерно, то 100 или 50 тысяч нормально что ли? Просто война — это ненормально.

Естественен вопрос, а могли ли мы бомбить немецкие города? Надо заметить, такая задача стояла, и уже в июне 1941-го были попытки советской авиации бомбить Берлин. Но, к сожалению, у Красной армии тогда просто не было таких возможностей, потому что в стране не было массового производства дальних стратегических бомбардировщиков.

Это очень дорогое удовольствие, и позволить его могли себе только очень экономически мощные державы. Таким образом задачу по уничтожению экономического потенциала фашистского рейха взяли на себя ВВС Великобритании и США. На войне против общего врага тоже существует «разделение труда», как это ни цинично звучит.

Так вышло, что годовщина победы над фашизмом становится информацией к размышлению о прошлом и будущем. И пожалуй главным уроком трагедии тех лет может служить та самая пословица — «посеявший ветер пожнет бурю». Хорошо бы об этом не забывать никому.

Читайте также: Конституция меняется, оставаясь неизменной

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*