Болевой синдром – Чечня

Пытливому читателю, взявшему в руки книгу «Третья смена», изображение каменной вайнахской боевой башни на обложке и имя автора полковника полиции в отставке Владислава Краснослободцева, скажут о многом. А листая далее и увидев подзаголовок — к двадцатилетию начала служебных командировок тамбовской милиции в Шатойский район Чеченской республики — окончательно убедят его, что главные герои этого издания — Время и подвластная его летучему бегу Память.

Недаром Владислав Краснослободцев открывает свои воспоминания о днях былых стихотворением, посвящённом боевым друзьям:

Мои друзья, я знаю, вам не стыдно

Смотреть в глаза и рассуждать вполне,

Ведь людям с расстояния не видно,

Что было там, на проклятой войне.

Обращение к чеченской теме объясняет и пролог перед основным повествованием.

Память как отражение опыта

Нашей стране не удалось оставить в прошлом столетии все беды и трагедии. В новый, XXI век и третье тысячелетие Россия вошла с чеченской войной – жестокой и беспощадной. У второй чеченской кампании ещё нет истории. Она только пишется. Поэтому так важны воспоминания очевидцев, которые могут дать отпор всем тем измышлениям в средствах массовой информации, что оправдывают в наши дни чеченских сепаратистов. Подобные экивоки, что, мол, природа любой войны жестока, что в ней никогда не бывает ни правых, ни виноватых, а обе стороны всегда являются одновременно и преступниками, и жертвами, неприемлемы.

И книга воспоминаний «Третья смена» тому доказательство. Для Владислава Краснослободцева это первый литературный опыт. Чечня — его болевой синдром. Владислав Александрович признаётся, что очень хотел рассказать о тех, кто прошёл тревожными дорогами Северного Кавказа в нелёгкое для страны время и о тех, кто ждал их из этих опасных командировок. Поэтому книга Краснослободцева и посвящена супруге Марине.

«Я думаю, — пишет в прологе Владислав Александрович, — жизнь человека – это край, где он появился на свет, окружающие его дорогие сердцу люди, очаг, у которого готов обогреть нуждающегося и который будет защищать, пока в жилах течёт кровь… И память. Память как отражение прошлого опыта, высшая ценность, многогранная по своей сути, означает любовь к родной земле, людям, на ней живущим, и олицетворяет неразрывную связь времён. Как только эта связь рвётся, сразу пропадает или истощается память».

Понятие «память» для автора основополагающее. Ибо для него, запечатлённые сознанием слова, события, образы позволяют, преодолевая жизненный путь, шаг за шагом приближаться к мечте, достигать поставленной цели.

Всегда оставайся человеком

К своей цели — стать сотрудником уголовного розыска — Владислав Краснослободцев пришёл не сразу. А уж то, что, достигнув её, он ещё и окажется в «горячей точке», и не предполагал.

И всё же морально и физически Владислав Краснослободцев всеми событиями до командировки на Северный Кавказ (война всегда делит жизнь человека на «до» и «после») был подготовлен к поездке в Чечню.

С детства и на всю жизнь Владиславу запомнилась фраза, которую отец повторял ему не раз: «Всегда оставайся человеком». Он родился в Сосновке и видел, как нелёгок для его родителей «хлеб насущный», поэтому и сам с уважением относился к любому труду. Никогда не отказывался помогать бабушке в огороде, хотя и приезжал к ней на каникулах летом отдохнуть.

«Я, конечно, чем мог помогал ей по хозяйству, а когда чуть подрос, во время школьных каникул помимо обязательного трудового лагеря работал и помощником комбайнера, и на зернотоке, и грузчиком в заготконторе. Причём родители всегда пытались отговорить меня от этих затей, так как жили мы хоть и небогато, но в достатке».

Среди предпочтений подростка всегда были книги о войне и спорт. Чуть повзрослев, Владислав увлёкся детективами, но всё же продолжал мечтать о профессии военного. Мысль стать сотрудником уголовного розыска пришла к Краснослободцеву на втором году срочной службы в армии. Изменить вектор в выборе службы помогло авторитетное мнение двоюродного деда, ветерана Великой Отечественной войны Петра Краснослободцева, который всю жизнь прослужил в органах безопасности.

Но в милицию Владислав попал не сразу. Попробовал поначалу несколько профессий, пока однажды не встретился с Владимиром Сорокиным, который работал в уголовном розыске Сосновского райотдела и помог с назначением Краснослободцева в Сосновский отдел милиционером. Период обучения и выпуск из милицейской школы проходили в сложные времена развала советского государства, начала развития рыночных отношений, межнациональных конфликтов.

«Я начал службу опером в Сосновском райотделе, — вспоминает Владислав Александрович. — Работа была нелёгкой, но интересной. …Карусель милицейской действительности, смешав интересы дела и личную жизнь в один клубок, учила своим законам и правилам».

Осуществление замысла

К 2000 году уже сотрудник убойного отдела областного аппарата Краснослободцев за шесть лет расследования убийств не только побывал во всех районах тамбовского края, но и объехал полстраны. Бывал и на Кавказе. Но ужасы первой чеченской войны Владислав Александрович с коллегами наблюдал со стороны.

«Мы сопереживали людям, потерявшим на ней своих близких, — пишет он в книге, — гордились коллегами, возвращавшимися из этого «чистилища», но не понимали происходившего там».

С этого момента, а вернее, с первой главы «Начало истории» и начинается повествование в книге «Третья смена». К тому времени автор трудился в Котовском горотделе начальником криминальной милиции. В середине лета 2001 года Владислав Александрович и узнал о направлении его в чеченскую командировку в составе группы тамбовских милиционеров.

Владислав Краснослободцев убеждён:

«Эта командировка отпечаталась в душах тех, кто её прошёл, клеймом, вытравить которое невозможно. Жизнь катилась тогда в ритме аллегро. Но даже в этом круговороте каждый эпизод врезался в память. Наверное, в экстремальных ситуациях активизируются дополнительные ресурсы человеческого мозга. Да и забывать приобретавшийся опыт, от которого завтра может зависеть твоя жизнь, в тех условиях было бы неоправданной роскошью».

Как признаётся Владислав Александрович, дневников он во время поездки не вёл. Но месяцы, проведённые на Северном Кавказе, дали сердцу и уму такую пищу для размышлений, что желание изложить всё пережитое на бумаге у него возникло сразу же по возвращении на малую родину. Правда, окунувшись с головой в привычную работу, он понял, что рассказ о том, как выглядела вторая чеченская война глазами майора милиции, придётся отложить.

И вот спустя почти два десятка лет Владислав Краснослободцев всё-таки осуществил свой давнишний замысел:

«Запечатлеть для будущих поколений без ретуши те неоднозначные события, образы и поступки людей, делавших всё от них зависевшее в непростое для страны время для сохранения её целостности».

От первой главы и далее Владислав Александрович обстоятельно и довольно подробно описывает своё состояние при получении назначения и его осмысление. Целые главы посвящены инструктажу перед отъездом и сборам в путь.

Самое неблагодарное — пересказывать содержание воспоминаний. Они очень многое теряют при этом. Прежде всего «живое дыхание автора», его неравнодушие к повествованию. Ведь чем воспоминания и ценны, что наряду со скрупулёзным рассказом о происходящих событий, описанием автором своего окружения, они воссоздают его чувствование и состояние в той или иной ситуации. Как очевидец Краснослободцев очень бережно относится к деталям, которые помогают осмыслить обстановку в различных условиях. Красочно дополняют содержание книги характеристики людей и случаи, происходившие по ходу развития событий. Интересен и показателен фоторяд, завершающий книгу «Третья смена».

Детали важны

Не только воссозданием жарких схваток и напряжённых моментов любопытны воспоминания Краснослободцева. Даже зарисовкой мельчайших ситуативных деталей автор передаёт нерв повествования. В главе «Зачистки». Дороги» он так описывает ситуацию, связанную с малозаселённым высокогорным приграничным Шаройским районом:

«О происходящем в Шарое нам однажды поведал военный комендант этого района, специально приехавший в Шатой со своей болью.

Молодой, не робкого десятка мужик рассказал о своих опасениях приезжать в райцентр, так как там нет не то что временного отдела милиции, но и местного милиционера он не видел никогда. Зато регулярно наблюдал передвижения «до зубов» вооружённых, с прекрасной альпинисткой экипировкой бородачей.

Комендант предложил нам провести «зачистку» Шароя, никого не предупреждая, и был уверен в успехе операции. Принимать самостоятельно такие решения, к тому же действовать вне

закреплённой территории мы не имели права. Понимая, чем обернуться доклады и согласования, наш новый знакомый уехал разочарованный. А доклад пошёл по команде… и остался без ответа.

Вот в такой загадочный район уходили мы, заблудившись среди каменных стен Шаро-Аргунского ущелья, проигнорировав надпись на фанерном щите».

Ну, а что происходило дальше, как в хорошем детективе, читатель сможет узнать, окунувшись с головой в книгу «Третья смена».

Канва повествования

От главы к главе, узнавая, чем запомнилось автору «Двадцатое сентября» или что происходило на «Блокпостах», читатели вместе с ним погружаются в непростые воспоминания о мире, который оказался перевёрнут с ног на голову.

«Вот и вынуждены были оперативники заступать в караулы, участковые – держать блокпосты, кадровики – патрулировать улицы, следователи – выезжать на «зачистки»… Но и свои непосредственные обязанности «забросить в дальний ящик» никто не мог», — говорит в главе «Служба есть служба» Владислав Краснослободцев.

А далее продолжает о «Защитниках и правозащитниках», о потерях и экстремальных ситуациях, о приспособленцах (глава «Было и это…»), и о самом близком человеке – супруге Марине.

«Именно благодаря её любви, терпению и умению ждать наш семейный очаг не гаснет и согревает всех ближних, включая «братьев наших меньших», для которых в её огромном сердце особое место», — признаётся Владислав Александрович.

И завершает главу «Марина» поэтическим признанием:

Любовь твоя, как солнца луч,

Меня не раз спасала.

Над нами было много туч,

Но ты другой не стала.

В эпилоге автор заключает, что ещё в апреле 2009 года был отменён режим контртеррористической операции. Посёлок Шатой преобразился и в нём ничто не напоминает о былой разрухе. Местные правоохранители справляются и самостоятельно могут поддерживать правопорядок.

«И всё-таки необходимость присутствия тактического резерва в этом регионе сохраняется, — комментирует Краснослободцев современную ситуацию. – Видимо, несмотря на достигнутые стратегические цели, возможность антигосударственных выступлений сохраняется, что подтверждают периодические вылазки террористов по всему Северному Кавказу».

Вот почему так важны такие воспоминания, как книга Владислава Краснослободцева «Третья смена» с её не только констатацией реальных фактов, но и философским осмыслением событий второй чеченской войны.

 

Читайте также: Жители тамбовского села многие годы ухаживают за безымянной могилой времен Великой Отечественной войны

2 комментария

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*