Итоги очередного этапа выборов комментирует член экспертного совета Ассоциации «Независимый общественный мониторинг» (НОМ), доктор политических наук, профессор Владимир Пеньков.
ЦИК России 30 июля завершил регистрацию партийных списков на выборах в Государственную Думу девятого созыва. В сентябре в ЕДГ-2026 в бюллетене по выборам депутатов нижней палаты парламента будет указано 11 политических партий. При 225-и «партийных» мандатах, а это ровно половина состава Госдумы, конкуренция составляет 14 человек на место. Партии заявили 3 106 фамилий.
В минувшую среду, 5 августа, окружная избирательная комиссия одномандатного избирательного округа №177 «Тамбовская область - Тамбовский одномандатный избирательный округ» по выборам депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации девятого созыва подвела черту под выдвижением и регистрацией соискателей депутатского мандата.
Итоги очередного этапа выборов комментирует член экспертного совета Ассоциации «Независимый общественный мониторинг» (НОМ), доктор политических наук, профессор Владимир Пеньков.
Электоральная статистика: выводы и суждения
Полагаем, выборы – дело творческое и во многом эмоциональное. При этом непредвзятый анализ сухой электоральной статистики позволяет высветить ряд тенденции. На федеральном уровне в выборах Госдумы девятого созыва участвуют 11 партий. Напомню, что пять лет назад, в 2021-м, их было 14. Весьма кратким был бюллетень в 2011 году и состоял из 7 партий. Самый длиннющий список, включавший 43 избирательных объединений и блоков, российский избиратель получал на думских выборах в 1995-м.
Что из этого следует? Активность партий, их социальная база подвижны во времени, испытывают влияние социально-экономических и политических факторов, что, в свою очередь, определяет модель их электорального поведения. В этом – активности/пассивности партийных структур – отражаются востребованность партий, а также социальные настроения граждан, преференции и житейские запросы людей.
Для большей убедительности обратимся к классикам. Во второй половине XIX века, когда в Отечестве нашем ещё не слыхали про партии, русский социолог Александр Стронин утверждал: «Выражением политических инстинктов служат политические партии. Элементарных, неразложимых более общественных инстинктов только два; отсюда и две коренные партии: прогрессисты и регрессисты».
Позднее учёный добавил ещё и консерваторов, некую «срединную силу». Так вот, вышеприведённая статистика партийного участия в выборах, к примеру, 1995, 2011 и 2026 годов отражает движение маятника тех самых общественных инстинктов, о которых в позапрошлом веке рассуждал Александр Иванович.
В те же годы и тоже в России наш земляк, один из столпов политической науки Борис Николаевич Чичерин в работе «О народном представительстве» отмечал, что «партии возникают на почве общественного мнения. Необходимость дисциплины и организации для совокупного действия превращает неустроенную массу свободных и случайных мыслей в более или менее крепкие и прочные силы, способные быть политическими деятелями. При организованных партиях есть возможность рассчитывать, действовать, направлять разрозненные стремления к общей цели».
От себя добавим, что создание и функционирование политических партий – процесс трудоёмкий и длительный, требующий организационных, кадровых, интеллектуальных, финансовых и коммуникативных ресурсов. Реалии таковы, что в партстроительстве современной России ощущается дефицит харизматичных лидеров, особенно на региональном уровне. В ряде случаев идеологическое и программное межпартийное соперничество обретает форму поиска «оттенков серого».
Так плохо или хорошо, что на федеральных выборах 2026-го заявились 11 политических партий? Думается, дихотомия в духе Владимира Маяковского «Что такое хорошо и что такое плохо?» здесь не уместна. Уверен, зарегистрированные партструктуры в полной мере отражают стронинскую модель «прогрессисты – регрессисты – консерваторы». И, по сути, формируют конкурентное поле думских выборов 2026 года, дают возможность избирателю солидаризироваться через проставление галочки в бюллетене с той или иной партией.
Оценивая решение избирательной комиссии одномандатного избирательного округа №177 по выборам депутата ГД ФС РФ девятого созыва, Владимир Пеньков отметил ряд особенностей.
Партийный одномандатник – состоявшийся факт тамбовских выборов
Напомню, что 450-местная Госдума формируется по смешанной системе. 225 мандатов распределяются по итогам голосования по партийным спискам (пропорциональная система). А 225 мест – по мажоритарной системе через одномандатные избирательные округа. Ранее в Тамбовской области округов было два. По мере убытия населения региона (а, значит, и количества избирателей) на ЕДГ-2026 у нас образован лишь один одномандатный округ №177.
5 августа окружная комиссия, роль которой возложена на облизбирком, завершила приём документов и регистрацию кандидатов-одномандатников. По округу зарегистрированы: Павел Плотников («Справедливая Россия»), Андрей Жидков (КПРФ), Алексей Константинов («Новые люди»), Тамара Фролова («Единая Россия»), Александр Асеев (ЛДПР), Яна Зенкина («Яблоко»). Все соискатели выдвинуты политическими партиями. Заметьте, в этом перечне нет «Родины», которая заявилась только на выборы Тамбовской областной Думы. Что характерно, все зарегистрированные кандидаты имеют «тамбовскую прописку». На сей раз партийных варягов в регионе не будет.
А где самовыдвиженцы? Их нет. Из 772 989 жителей области, обладающих на 1 июля 2026 года активным и пассивным избирательным правом, лишь двое на предварительной стадии заявили о своих «кандидатских намерениях». Но на 18 часов 5 августа 2026 года (контрольный срок, установленный Законом) в окружную избирательную комиссию одномандатного избирательного округа №177 документов на регистрацию не поступило. Это тема отдельного разговора. Но, полагаю, у каждого из нас есть своё мнение по этому поводу.
