Есть две версии начала творческой судьбы Георгия Кручинина. По одной он родился в Москве в 1892 году. Его матерью была жена режиссёра А.Н. Кручинина, оставшегося в Киеве. Отец помогал сыну через друзей. Георгий посещал спектакли в МХТ, был учеником великих русских трагиков Дальского и Орленева. В 30-е годы жил в Ленинграде. На его счету восемь ролей в первых советских фильмах.
Другая версия связана с Петербургом и Киевом. В июле 1905 года в пригороде Петербурга открылся летний театр с танцевальным залом и буфетом. В его деятельности участвовал антрепренёр Антон Кручинин, и здесь тринадцатилетним подростком начал актёрский путь Георгий. В 17 лет он уже помогал отцу в создании театра: в 1909-м году в Киеве был основан второй после «Соловцова» русский драматический театр — драматический театр Антона Кручинина, там его сын и проходил первые университеты. Доля истины, скорее всего, есть в каждой версии, и они переплетаются в единую историю жизни русского провинциального артиста.
Мария Свирская, дочь актрисы, начинала дорогу на сцену в Киеве. Мария родилась в 1904 году, а в 1927 году закончила театральный техникум и поступила на сцену. Но конкуренция, отсутствие опыта, молодость и мягкий характер не позволили ей надолго задержаться в Киеве.
Встретить свой театр
Мария Свирская и Георгий Кручинин были потомственными артистами с артистизмом в крови, отличались сердечностью и веселым нравом. Трудно сказать, как их пути соединились, но дорога стала одна на двоих. Они служили во многих театрах. Последний, где играли более десяти лет, — Мичуринский драматический.
До самозабвения творческие люди, в каждом новом городе они надеялись встретить свой театр, но встреча откладывалась.
И вот – Мичуринск, 1944 год. Свирской 40 лет, Кручинину уже 53 года. Он награждён медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945». Членом ВТО он был 1945 года, а она – с 1943 года. Смеркалось, когда они, сойдя с поезда, шли по улицам с крепкими двухэтажными домами, Запах яблок, груш, цветов заполонял пространство. Воздуха почти не было, был – густой аромат лета. Ветки деревьев с трудом удерживали яркие, тяжёлые плоды и склонялись навстречу приезжим, словно здороваясь. Артисты волновались: каким он будет, новый театр? А он будто прятался. Дошли до улицы Гоголевская, посмотрели в сторону реки и не поверили глазам. Красивый, уютный, словно из прошлого века, театр. Вошли внутрь и ахнули. Ложи, бельэтаж, галёрка! Давно на их пути не встречался такой театральный Театр!
Квартиру получили рядом с музыкальной школой, где с утра до вечера звучала музыка. Город сразу их пленил. Артисты быстро прижились в Мичуринске. Спектаклей ставили много, труппа небольшая, дружная и нацеленная на творчество. Между репетициями успевали сочинить куплеты, поспорить и вновь продолжали репетировать.
Счастливое десятилетие
Кручинина неоднократно просили принять на себя обязанности художественного руководителя. В 1945 году он участвовал в постановке спектакля «Эмилия Галотти», вместе с артистом А. Беляевым в 1948 году вместе поставили спектакль «Мой сын», в котором главную роль исполняла Свирская.
Десять лет Кручинин и Свирская были заняты почти в каждом спектакле. Георгий Кручинин заразительно, с юмором и точными деталями играл в комедиях Гоголя, Островского, Шекспира, Гольдони. К сожалению, рецензенты зачастую ограничивались лаконичным: «Как всегда, уверенно и ярко сыграл Г. Кручинин», «невозможно пройти мимо Кручинина, у него …», «очень точен и психологически оправдано играл Кручинин, ему всегда веришь, всё продуманно». Рецензий в городской газете мало, но в одной повезло прочитать и об игре Свирской: «Никогда не пользовалась гримом сверх меры. Чувство меры и вкуса никогда не изменяли актрисе».
С репертуаром артистам повезло. В 1946 году главный режиссёр А. Велижев поставил комедию «Лес», где Георгий Антонович играл, конечно, Несчастливцева! Они часто играли в одном спектакле. В спектакле «Мачеха» О. Бальзака Г. Кручинин играл Генерала графа де – Граншан, а Свирская – его жену Гертруду. В «Отелло» Свирская была Эмилия, Дожа Венеции играл Кручинин.
Вскоре Кручинин и Свирская стали ведущими артистами драматического театра в городе Мичуринске. Их знали в городе, здоровались, благодарили за роли.
Они любили играть: придумывали грим, бережно относились к реквизиту, гриму и сценическим костюмам. Они любили свои роли: перед каждым спектаклем проговаривали текст, придумывали неожиданные ходы, чуть меняя оценки, пристройки, чтобы роли дышали и оставались живыми.
Достоверные, органичные, артисты переходили из одной постановки в другую. Радовались каждой пьесе Гоголя, Толстого, Островского, жалели, что Чехова редко ставили. Один раз повезло, в 1955 году режиссёр Ф. Новский поставил «Дядю Ваню», Кручинин играл Серебрякова.
«Прощаюсь, прощаю, прощенья прошу»
Отдавая всё театру, Качирин и Свирская вдруг поняли, что старость не за горами: ролей меньше, отклики на премьеры реже. Оставаться в городе, где их знали полными сил, они не хотели. Так пришло решение о переезде в Дом ветеранов сцены в Ленинград им. М. Савиной. Обсуждений и размышлений было много, но вариантов не существовало…
Перед отъездом в Ленинград Кручинину было 64 года. Полвека с лишним он служил сцене. Неужели — всё? Он старался об этом не думать. Собирал вещи, доигрывал спектакли...
«Прощаюсь, прощаю, прощенья прошу» — и Георгий Кручинин, артист Мичуринского драматического театра, сел в поезд на Ленинград.
Мария Свирская осталась в Мичуринске, ей пенсия ещё не полагалась. Надо доработать. А в 1957 году юбилей – 30 лет на сцене, и надо дожить в театре. Яркая характерная актриса, она никогда не переигрывала, а доброта и сердечность ощущалась зрителями вплоть до амфитеатра. Зрители её любили. В «Мичуринской правде» про неё писали: «С неизменным успехом играет актриса М.М. Свирская». Перед её отъездом из Мичуринска была опубликована статья «30 лет на сцене».
С 1957 года Кручинин жил в Доме ветеранов сцены. Вёл общественную работу — был председателем Мемуарно-музейной комиссии, заведовал музеем ДВС, писал стихи. Мария Михайловна Свирская в ДВС жила с 1958 года. Она тоже вела общественную работу: заведовала почтой и являлась казначеем Добровольного общества «ОСОАВИАХИМ». Коллеги, друзья по Мичуринскому театру их не забывали, к ним приезжали артисты В. Соколов и Г. Носатов.
Постепенно их роли уходили со сцены, рецензии сейчас затеряны в архивных подшивках. То ли было, то ли не было. Артисты же отдали театру всё и навсегда. Такая беззаветная щедрость и создает неповторимость нашего театра, формирует золотой фонд высокой актерской культуры, характеризуемой преданностью сцене и теплом души.
